Скорость важнее силы Правовые шахматы

Что есть преимущество во времени? Полагаю, что это самое циничное из преимуществ. Мы можем обладать существенным перевесом в правовой квалификации, доказательства по делу могут неопровержимо свидетельствовать в нашу пользу, но при всем при этом мы можем не успеть либо не дождаться момента, когда это преимущество трансформируется в материальный результат.

Вспоминается эпизод из фильма «Время» (англ. In Time).

В основе фильма идея о том, что время стало единственной валютой в мире. Когда оно заканчивается, человек мгновенно умирает от остановки сердца.

28-летний рабочий Уилл Салас (Джастин Тимберлейк) в один из дней спас жизнь богачу и тот подарил ему свое время (116 лет жизни), покончив таким образом жизнь самоубийством. В тот же день у его матери Рейчел осталось только полтора часа времени, в то время как проезд в автобусе подорожал до двух часов. Несмотря на все ее уговоры, водитель не согласился подвезти ее, и Рейчел вынуждена бежать. Она умирает за секунду до того, как Уилл мог бы отдать ей время.

Похожая ситуация может случиться и в правовых шахматах – ты можешь быть тысячу раз прав, но не суметь реализовать свою правоту.

Скорость важнее силы


Иногда для победы в правовом конфликте достаточно выигрыша на короткой дистанции. Просто быстрое получение судебного акта, фиксирующего нужный правовой результат. Этот судебный акт не всегда тщательно мотивирован, учитывает все обстоятельства дела и может казаться спорным, но у него есть одно неоспоримое преимущество – он уже состоялся. В ряде случаев он «устоит» в апелляции, а в ряде случаев будет отменен, но свою роль по делу он сыграет. Он даст опору для дальнейшего движения проекта вперед. На этот судебный акт, как на ступеньку, можно будет опереться и пройти вперед – в продвинутые стадии правового конфликта. Отмена данного судебного акта не всегда будет означать возврат на начальные позиции. Тот форсированный результат, который был достигнут, может быть сохранен, даже если эта ступенька «упадет». Достаточно было того, что на нее можно было опереться в момент, когда это было необходимо.

В один из московских судов общей юрисдикции обратился гражданин, который по цессии от юридического лица получил долг в размере более миллиарда рублей и требовал в суде взыскать сумму долга с основного должника и поручителей, а равно обратить взыскание на залоги. Судом приняты обеспечительные меры в виде ареста товара в обороте, долей в уставных капиталах, денег на счетах, недвижимости должников всего на сумму в несколько раз выше суммы иска. Меры явно избыточны и чрезмерны. К тому же все до одного ответчики имеют адреса регистрации в ином регионе (Поволжье). (Иск принят «по последнему известному месту жительства» одного из ответчиков, хотя этот ответчик в суд явился и представил адрес своей регистрации).

Ответчиками поданы частные жалобы на определение о мерах, а также на отказ в передаче дела по подсудности.

Надо сказать, что ответчики имеют правовую позицию. Они предъявили встречный иск, из которого следует, что в счет погашения долга были переданы акции одной из компаний, входящей в холдинг… в общем, надо бы послушать и разобраться.

Но частные жалобы не назначаются в апелляционную инстанцию почти два месяца, тем временем судебные приставы во всех регионах присутствия торговых точек ответчика арестовывают и вывозят товар, всего на сумму гораздо больше суммы кредита. Деньги на счетах арестованы, бизнес парализован. Прочие кредиторы данных ответчиков бьются с жалобами – их совокупная кредиторская задолженность превышает спорную задолженность по делу в 7 (!) раз. Активы просто «вымываются» из бизнеса.

На самом деле истцу и приставам хватило бы и двух недель, но за два месяца, что жалобы не назначались в апелляцию, ситуация преобразилась кардинально. После отмены определения об аресте и передачи дела по подсудности в регион проживания ответчиков (где оно должно слушаться в силу закона) дальнейший спор имеет перспективы, но не имеет уже никакого смысла. Как говорят врачи, «лечить уже некого».

"Почти" - не считается


Но и зафиксированное преимущество в виде судебного акта – тоже еще не финал. Целью правовых шахмат является мат в реальной жизни – оформленный актив, полученное имущество. И история судебных баталий знает сотни случаев, когда обеспечительные меры в виде ареста актива принимались судами после проигрыша дела в апелляции. Вот уже есть судебный акт о признании права собственности на актив за компанией «А», можно бы его переоформить, но судом по иному делу принимаются обеспечительные меры в виде ареста спорного актива. Иногда буквально считанные дни отделяют такого «почти победителя» от итогового материального результата. И очень часто после таких «боковых» арестов кассация отменяет судебный акт, и спор уходит на новый виток. Иногда в иные суды, и нередко с обратным эффектом по результату.

По одному из дел иностранный гражданин обратился в суд с иском к своей гражданской жене об оспаривании договора дарения между ними, по которому собственность на большой загородный дом перешла к женщине. Он пытался доказать, что плохо говорит по-русски, не понимал смысла заключаемой сделки и полагал, что это аренда. Его подвела доверенность, выполненная им на русском языке без помощи переводчика. И хотя на самом деле языком он не владеет, чему было множество доказательств, суды двух инстанций постановили в иске ему отказать.

Гражданская жена, видимо, чувствуя надвигающуюся угрозу, подала документы на перерегистрацию собственности на дом. Но не успела – по иску жены этого иностранного гражданина дом был арестован. Жена избрала более понятную позицию – она не давала согласия на распоряжение общим супружеским имуществом. И этот иск был уже удовлетворен судами обоих инстанций.

Воистину, случай и время – два величайших тирана на земле.

У каждого мгновенья свой резон…


В ряде случаев в правовом конфликте может быть важным форсировано пройти инстанцию (обычно первую), чтобы избежать излишне тщательного разбирательства – в апелляции новые доказательства уже не берут. Иногда все выглядит так, что если не медлить, то можно завершить процесс, зафиксировав промежуточный результат. Это сродни захвату высоты в реальной войне или открытой линии в шахматах. Кто контролирует эту высоту, того с нее уже не так просто скинуть. Иногда победа возможна сейчас, но в будущем не все так очевидно – вскроются новые факты, оппоненты найдут новые аргументы, в дело войдут новые люди. Может много всего произойти и важно здесь и сейчас зафиксировать преимущество.

Каждый практикующий литигатор знает, что отменить судебный акт в апелляции гораздо сложнее, чем «засилить». Статистически они обычно остаются в силе. И очень часто мы узнаем об отмене очевидно нелепых судебных решений только высшими судебными инстанциями. Но эти случаи примечательны именно потому, что они крайне редко случаются на практике. Огромное количество дел, дурно скроенных и криво сшитых с позиций права и оценки доказательств, остаются в силе и списываются в архив. Этот факт является основной причиной, по которой теоретики права отказываются от идеи его практического применения – тому, кто любит колбасу и уважает закон, лучше не знать, как делается то и другое.

И потому важно ценить значение удачного момента и пользоваться этим моментом, если уж он нам выпал. В конце концов, нашей задачей является победа, а не установление истины по делу.

Однако все вышесказанное относительно удачного момента, в который вдруг оказывается доступным выгодное нам правовое решение, справедливо и в отношении всех тех моментов и целых периодов, когда крокодил по какой-то причине не ловится, а заветный кокос не растет. Думаю, все попадали в такие ситуации, когда так нужный клиенту правовой результат по какой-то причине не случается. Иногда такие феномены сопровождаются «временными провалами» – когда, казалось бы, простое дело затягивается. Возникает тысяча мелочей и препятствий, которые не позволяют достичь нужной нам цели к тому времени, когда это важно для клиента. А иногда бывает и хуже – мы просто проигрываем дело, которое не должны были проиграть ни по каким причинам.

К сожалению, эти моменты и периоды обычно сопровождаются «клиентской истерией» относительно того, как мы обманули его ожидания, как он сильно рассчитывал на нас, как дорого ему все это обходится и как он не потерпит такого отношения к себе и своему делу за счет будущего его детей, бизнеса, дела жизни и т.п.

И тут важно уметь прочувствовать происходящее, поняв, что цель сейчас пока не дается нам в руки; суметь переформатировать работу по делу, иным образом распределив силы и средства, чтобы привести клиента к результату, который устроит его и нас. И иногда это совсем не тот результат, к которому мы стремились изначально, а только промежуточный, что тоже важно суметь проговорить с клиентом. Некоторые правовые результаты по разным причинам в одних случаях достигаются легко, а в других – очень и очень сложно, если вообще достигаются. Предлагаю взять за основу рабочую гипотезу о целесообразном моменте для достижения того или иного правового результата.

«Нас не догонят» или о тактике «провалов в пустоту»


«Веди войну на территории неприятеля», – завещал К. Клаузевиц. Классикой корпоративных конфликтов стал пример перехвата и удержания корпоративного управления с тяжелейшими попытками потерпевшей стороны восстановить свои права в судах. Опишем упрощенную маловероятную ситуацию (в реальности все выглядит не так зрелищно и осуществить описываемые процедуры не так легко).

Предположим, мы имеем незаконно назначенного генерального директора в обществе, где являемся участником. Даже если у нас 50% долей в уставном капитале и более, то это может все равно случиться. Смена директора дает доступ к счетам компании, дает возможность вести бизнес и получать прибыль от него. Этим-то и отличаются наши позиции – доступом к ресурсам бизнеса. (Помним Наполеона: «Для того чтобы выиграть войну, необходимо иметь три вещи: во-первых, деньги, во-вторых, больше денег, в-третьих, еще больше денег»).

Допустив врага на свою территорию (дав ему юридическую возможность контролировать актив) и не имея возможности быстро и решительно выгнать его оттуда, мы рискуем утратить всякие силы и средства к продолжению войны. Мы рискуем оказаться в положении догоняющего. Мы будем оспаривать решение о назначении директора, а тем временем «лжедиректор» созовет новое собрание и будет проведена повторная смена. Мы будем оспаривать и ее, а тем временем актив бизнеса будет сдан в аренду на 20 лет. Мы станем оспаривать сделку аренды, а тем временем окажется, что наша компания уже должна кому-то много денег и к ней поступит иск о банкротстве. Мы будем пытаться оспаривать сделки, лежащие в основе кредиторской задолженности, но это окажется бесполезным – наша компания реорганизуется, слившись с другой, у которой задолженность в три раза больше. Мы обратимся с иском об оспаривании реорганизации… но нам уже не успеть. Если в начале этой гонки от контроля над активом нас отделял один процесс, то теперь уже не меньше трех. Предположим, к этому времени мы уже «вернем» своего директора. Но нам по-прежнему осталось оспорить сделку аренды, реорганизацию и выпутаться из банкротства. С позиций права, у нас абсолютно все шансы отстоять свою правоту – решения принимались в отсутствие кворума, сделки не одобрялись, директор незаконный, воли общества на сделку не было, налицо злоупотребление правом… Но мы устанем, нам просто не хватит сил играть в эту шальную игру. У наших оппонентов в руках наша скатерть-самобранка, наш бизнес, наш актив.

Они выиграют у нас по времени.

Комментарии

* — Отмеченные поля заполняются обязательно